Дело на Танабату
ficbook.net/readfic/8753841
***********************************************************************************************
Направленность: Слэш
Автор: Kanime (ficbook.net/authors/24070)
Фэндом: Bungou Stray Dogs
Пэйринг и персонажи: Осаму Дазай/Ацуши Накаджима, Осаму Дазай, Ацуши Накаджима
Рейтинг: NC-17
Статус: закончен
Метки: Элементы мистики, ООС, Детектив, Психология, AU, Смерть второстепенных персонажей
Описание:
На долю Ацуши выпадает заковыристое дело, которое они вместе с напарником должны разгадать…
Посвящение:
Фанатам Bungou stray dogs
Публикация на других ресурсах: Уточнять у автора/переводчика
Примечания автора:
Авторская обложка к фику: blog-house.pro/kanime/shipperskij-fan-art-bungo...
Музыкальная тема: Helloween – If I Could Fly
Ссылка на мой канал в дзене: zen.yandex.ru/id/5b08c25179885e1c967eac6d
Буду делиться своим мнением о аниме, манге и т.п. Если вам интересно такое, присоединяйтесь)
Сюжету возможно будет не хватать обоснования, а также если ваше виденье персонажей отличается от виденья автора - то лучше закройте страницу и ступайте читать других авторов. Спасибо за понимание.
читать дальше
========== 7 глава. Труп. ==========
Опознать, что перед тобой находиться труп было не сложно: белая рубашка, в которой они с Дазаем видели его вчера, была полностью пропитана кровью. Глаза мужчины были широко открыты и лишены жизненного блеска. А также его грудь не вздымалась – отсутствовало дыхание. Не говоря о мертвенной бледности.
– Дазай-сан, – сдавленно позвал Ацуши.
– Этого я и боялся, – промолвил он. – Ацуши, ничего не трогай.
– Я…
– Если тебя тошнит, то немедленно выходи из квартиры, понял?
– Да-а, – выдохнув ответ, развернулся и выбежал он.
Оказавшись в коридоре, Накаджима упал на колени и зажал себе рот ладонью – не потому что раньше не видел трупов и это его да такой степени шокировало. Совсем нет. Виной был специфический запах разложения. Во всем была виновата жара, под такими высокими температурами тело быстро «испортилось».
Борясь со спазмами, он заставлял себя дышать через нос, делая глубокие вдохи и медленные выдохи. Через несколько минут, когда юноше более или менее удалось подавить недомогание и кое-как встать на ноги, вышел Осаму. Он деловито протер ручку двери влажным платочком, и, вынув отмычку, заново запер дверь.
– Что вы делаете?
– Не настолько ты глуп, чтобы не понимать.
– Мы же, не можем его так оставить…
– Я просто исключу нас с тобой из списка подозреваемых. Инспекторы полиции, знаешь ли, подчас делают наиглупейшие выводы об косвенных участниках дела. А я когда-то состоял в портовой мафии.
– Но…
– Да и ты, «Зверь в лунном свете» – спаситель Йокогамы, один из сильнейших эсперов, будешь, как минимум вызывать подозрения.
Ацуши заломил руки, у мужчины была железобетонная логика.
– Вот так, – промолвил Осаму, закончив возиться с замком. – А теперь можно вызывать полицию.
– А как же мы объясним, что там…?
Осаму улыбнулся, вернув отмычку на место и вынимая сотовый из кармана плаща.
– Имени Ранпо будет достаточно, чтобы большинство вопросов отпало само собой.
***
После, оставшуюся половину дня они провели в полицейском участке, отвечая на вопросы. Как и сказал Дазай-сан, небольшой намек на Ранпо и его мифическое участие в этом деле – дало инспекторам представление о том, что гениальный детектив вооруженного агентства предсказал это убийство и поэтому Ацуши и Осаму оказались рядом с запертой квартирой, в которой находился труп. Поэтому они так уверенно вызвали копов, якобы не зная, что случилось на самом деле.
После небольшого допроса Дазай сделал запрос прямо в участке о переводе этого дело, об убийстве в их бюро расследований, так как одно дело было связано с другим о пропаже племянника убитого. Поэтому им пришлось задержаться в отделении на столь долгий промежуток времени.
Когда все формальности были улажены, отчеты о вскрытие и работе криминалистов будут отправлены через сутки на адрес электронной почты агентства, Ацуши и Дазай вышли на улицу, прямо под прямые лучи вечернего солнца.
У Ацуши уже живот сводило от голода из-за всей этой свистопляски – они пропустили обед, желудок возмущённо бурчал.
– Проголодался? – спросил Осаму, рукавом вытирая испарину со лба.
– Это странно?
– В каком смысле? Твой голод? – Мужчина начал спускаться по лестнице.
– Да, – признался Ацуши, следуя за ним. – События дня вроде бы не должны располагать к этому.
– Не понимаю, о чем ты говоришь, Ацу-чан, – сказал Осаму, на носках повернувшись корпусом к юноше. – Разве убитый был тебе родственником или другом? Нет, не был, – сразу же сам он ответил на свой вопрос. – Поэтому ни к чему эти выдуманные переживания и страдания, отказывая себе в утолении голода. Мы детективы – это наша работа.
Ацуши кивнул, тоже останавливая шаг, сейчас они оказались одного роста из-за того, что Дазай стоял на ступеньке ниже, чем Накаджима.
– Что теперь нам делать?
– Сейчас пойдем в ближайшую забегаловку, чтобы накупить еды.
– Я не об этом, – сказал Ацуши, взглянув в глаза мужчины. – Я говорю о расследовании.
Осаму растянув губы в привычной улыбке, находя мордашку юноши чрезвычайно серьезной, а от того не менее забавной.
– Продолжать расследование, что же еще.
– А…
– Пускай сегодня наши планы пошли коту под хвост, однако завтра так или иначе мы получим показания людей из театра.
– В их словах будет заключаться ключевой момент? – с сомнением спросил юноша.
Дазай кивнул:
– Верно. Я ведь упоминал о предварительной версии.
– Точно, – вдруг вспомнил он, чуть подпрыгнув на месте. – Я запомнил. Вы сказали: что «Этого я и боялся», когда мы обнаружили тело. Неужели?..
– Я предполагал, что такое может случиться.
– Тогда пропажа Рокудо Юкио и смерть Рокудо Ториямы…
– Да, между этими двумя событиями есть прямая связь, не косвенная, а прямая. Я бы даже сказал: одно следует из другого.
– То есть преступник, совершивший одно и второе преступление – это один и тот же человек, – сделал вывод Ацуши, закусив губу.
– Возможно, – уклончиво ответил на это Осаму, прищурив глаза. – А может, и нет. Завтра всё станет более чем очевидно. – Он вытащил руку из кармана плаща и подал её второму. – Пойдем? Не могу больше слушать жалобные завывания твоего бедного животика.
Ацуши вмиг вспыхнул.
– Дазай-сан, – прозвучало больше по-девчачьи возмущенно, чем того хотел Ацуши. – Вы опять за своё.
Юноша скорчил недовольную гримасу, и, проигнорировав руку наставника, обошел его по дуге, спускаясь вниз.
– Ты такой жестокий, Ацу-чан, – произнес мужчина, в напускном страдание вздохнув, также спустился, встав на асфальтированную улочку рядом с подопечным. – Чего надулся?
– Я пошел домой, – вместо ответа сообщил Ацуши, сегодня был явно не тот день, чтобы чувствовать себя объектом для насмешек наставника.
– А как же ужин? – расстроено спросил Дазай.
– Дома поем. – Накаджима повернулся спиной к напарнику по расследованию, и, опустив взгляд на ноги, зашагал вниз по улице прямо к автобусной остановке. – До завтра.
Мужчина позволил Ацуши сделать несколько шагов, когда резко сорвался с места, в одно мгновение, догнав подопечного, схватив за руку, грубо разворачивая к себе.
– Какого…
Губы Осаму дерзко припали к устам Накаджимы, срывая лепесток невинности мальчика, крадя его первый поцелуй. От неожиданности тот распахнул рот, чем тут же воспользовался более опытный в таких делах Дазай, углубляя поцелуй. Ацуши еле смог устоять на ногах от страстного действия. Всего оказалось слишком много для неопытного юнца: откровенные ласковые касания языком, чужое горячее дыхание, пронзительный взгляд карих глаз и собственные непонятные ощущения. Он не знал, что делать. Почему-то мысль оттолкнуть и сбежать вызывала отвращение в сердце. Дыхания уже не хватало.
– А-ах, – резко хватанул ртом воздух, когда Осаму отпустил его отстраняясь.
– Сейчас в твоей головушке наверняка возникло множество вопросов, – начал говорить Дазай, он довольно облизал собственные губы. – Честно говоря: давно пора. Долго я себя держал в руках, но довольно. То, что сейчас произошло – это мои чувства к тебе. Ацуши Накаджима, ты мне нравишься.
========== 8 глава. Противоречия. ==========
После услышанного признания, парень только и мог, что в ошеломлении хлопать ресницами, пытаясь переварить слова Осаму. Губы горели, все еще чувствуя изысканную ласку. Сердце стучало быстро и неистово. А в голове была звенящая тишина. Он был в ступоре.
– Молчишь? – понимающе произнес Дазай, кончиками пальцев коснувшись заалевшей щеки юноши. – Я прошу прощения, что так внезапно с бухты барахты набросился на тебя. Терпение мое закончилось ровно в тот самый момент, как я лицезрел твою обиженную мордашку, – слишком соблазнительно.
Он опустил ладонь и взял Накаджиму за руку, крепко сжав пальцы. Ацуши попытался вырвать руку из хватки, однако не сильно он старался – так сделал это исключительно автоматически, практически не осознавая, что сейчас происходит. Он продолжал хранить молчание.
Дазай вздохнул, а затем пошел впереди, за руку ведя юношу за собой. Шел он, не спеша, мимо проносились машины, да люди обходили их по своим делам, иногда бросая любопытные взгляды на их сцепленные руки. Не каждый осмелится демонстрировать свои пристрастия в общественных местах.
Вечернее солнце палило, припекая светлую макушку юного детектива. Он безвольно следовал за человеком, который признался ему в симпатии. Именно это и вызывало ступор: как он может кому-то нравиться? Ведь в приюте яснее ясного было вбито в голову, о том, что «он не заслуживает жить и лучше ему сдохнуть в какой-нибудь канаве…»
Из-за сложившегося противоречия он даже забыл о голоде – все потребности моментально отошли на второй план. Перед глазами будто была белая пелена, дымка, через которую отдаленно доносились звуки вечернего города, шума автомобилей, да голосов людей.
Имеет ли он право…
Или лучше сказать заслуживает ли он этой любви?
Именно этот вопрос снова и снова всплывал в сознании до тех пор, пока он не обнаружил себя сидящем в автобусе с хот-догом в руке, половинку которого уже благополучно слопал; правда, он совершенно не запомнил, как Дазай его усадил на место и вручил уличную еду. Сам же Осаму примостился рядом, придерживая Накаджиму за плечи, выглядел обеспокоенным, кидая косые взволнованные взгляды.
Именно тепло его руки, чувствующаяся через ткань рубашки, вынудила мысль Накаджимы изменить направление. Неожиданно пришло в голову: лицо Осаму сейчас выглядело крайне мило, ему шла эта неуверенность, обеспокоенность за кого-то. Потом настало осознание, что, наверное, он волнуется как раз таки из-за него, Ацуши.
Резкий удар сердца. Быть объектом чьего-то интереса, он никогда не думал, что с ним такое может случиться…
Слишком неожиданно. Слишком странно. Слишком страшно. Он не знает, как реагировать. Что он должен сказать? Каких слов от него ожидают? Он должен дать ответ?
Но он сам не знает, что чувствует. Ему страшно и он запутался. Ему нужно время, чтобы полностью осознать случившееся и подумать. Очень долго подумать. Капля сомнения где-то там на самом краю, неуверенность в искренности слов Дазая. Всё это ведь не может быть очередным его розыгрышем? Это было бы слишком жестоко.
Опустив глаза к руке, поднял её и проглотил остатки булочки с сосиской, не чувствуя вкуса прожевал и сглотнул.
– Мне нужно время, – очень тихо, едва слышно прошептал Ацуши, отводя взгляд от лица Дазая.
– Да, – также шепотом согласился мужчина, – прости за это. – Он чуть помолчал, а затем сказал: – Я могу завтра поработать один, а ты сможешь отдохнуть от моего общества, – невесело пошутил он. – И придти в себя.
Подумав минуту над словами бывшего мафиози, Ацуши отрицательно помотал головой.
– Я бы хотел…
– Отвлечься? – понимающе перебив, закончил за него Дазай.
– Да.
– Я понял. – Рука, слегка обнимающая за плечи, ласково сжала кожу, а затем отпустила. – Я дам тебе столько времени, сколько тебе нужно. Однако я не стану говорить: будто с завтрашнего дня буду вести себя как обычно, словно ничего не случилось. Но я постараюсь держать себя в руках.
– С-спасибо, – неуверенно, за что собственно он благодарит, промолвил Накаджима.
За окном проносились дома, окрашенные в алый закат заходящего солнца. Цепочка людей спешащих с работы домой. Вереница машин гудящих в нетерпении из-за красного сигнала светофора.
Автобус остановился на остановке, выпуская несколько пассажиров, впуская других. Ацуши и Дазаю пришлось встать – слишком много пожилых людей и мамочек с ребятишками зашли на новой остановке. Их оттеснили к задним дверям, вопящие карапузы. Контроллер, протискиваясь, чуть не заехал локтем Ацуши в бок, однако Дазай не позволил этому случиться, встав перед юношей, закрыв его фактически своим телом. Через несколько остановок, они вышли, в безмолвном молчании шагая по улице, держа путь к общежитию.
– До завтра, – сказал Осаму, когда Ацуши взялся за ручку двери у входа в свою комнату.
Накаджима дернулся и заставил себя кивнуть, хоть и отвечать ничего не хотелось. Взгляд он предпочел держать на уровне груди наставника, разглядывая стандартные пуговицы Дазаевского плаща.
– Я не думал, что мое признание вызовет такую реакцию, – тихо произнес мужчина, когда юноша отвернул от него лицо. – Извини.
Вставив ключ и повернув его в замочной скважине, отворяя дверь.
– - Пожалуйста, Дазай-сан, – умоляюще промолвил Ацуши, ниже опустив голову. – Пожалуйста.
Тот ничего больше не сказал, будто внял просьбе подопечного, почти бесшумно развернулся и скользнул тенью в свои апартаменты. На пороге все-таки промолвив:
– Это не шутка или розыгрыш. Мои чувства серьезны.
Позже Ацуши услышал звук захлопнувшейся двери, только после этого он решился поднять лицо. Чуть помедлив, зашел к себе; Кёко еще не вернулась, в противном случае комната была бы открыта, и её не пришлось бы отпирать ключом.
Прикрыв за собой вход, прямо там – на пороге сполз на пол, обхватив колени. Он оказался в темноте, потому что окна выходили на противоположную сторону вечернему солнцу. Один на один с собственными мыслями и чувствами.
Что? Почему? Как? Вопросы вереницей кружили в сознании. Он не понимал, как оказался в центре любовной истории. Как оказался объектом чьей-то любви. И самое главное – что он чувствовал сам в отношении наставника. Он точно понимал, что уважает Осаму и благодарен ему за руку помощи, протянутую в отчаянную минуту. Однако не был уверен в прочих своих чувствах к бывшему мафиози. Разбираться в себе слишком сложно, слишком путано.
Внезапно пиликнул мобильник, Ацуши вздрогнул, но вынул телефон из кармана и взглянул на экран: пришла смс от Кёко. Там говорилось, что её пригласила к себе с ночевкой Кирако-сан на девичью вечеринку в честь неожиданной дружбы с сестрой Джуничиро, Наоми. Хоть слова Кёко избирала сухие и формальные, в них все равно прослеживался восторг девочки этому событию.
Ацуши улыбнулся после прочтения смс и отправил пожелания весело провести вечер и пару забавных смайлов.
Затем неожиданно для самого себя встал и потянулся, напряжение непонятно от чего отступило. Желудок снова забурчал, того съеденного хот-дога явно оказалось маловато, чтобы утолить голод молодого парня. Поэтому он подошел к холодильнику, вынул из него пару яиц и просто пожарил их на сковороде. Сил на что-то мудреное не хватало, он был эмоционально выжат. Покончив с ужином и запив все разбавленным зеленым чаем, вытащил футон из шкафа и расстелил постель.
Время для сна еще было детское, однако Ацуши решил не откладывать в долгий ящик размышления в отношении Осаму Дазая, поэтому он умылся и почистил зубы, прежде чем разместиться под одеялом.
Ему казалось важно по-взрослому отнестись к этой проблеме. Было ли признание Осаму – проблемой? Несомненно, заключил юноша, повернув голову в бок на подушке. Честно говоря, он понятия не имел, что с этим со всем делать. Разве что размышлять и разбираться в своих чувствах и мыслях. Причинить боль наставнику ему не хотелось.
Солнце уже полностью село, тени отбрасываемые мебелью, на стенах и потолке придавали комнате уюта. Ацуши с интересом уставился на одну из них – в воображении сложился образ рыцаря вставшего на одно колено, словно он клялся кому-то святой клятвой верности.
То была привычкой, выработанной еще с детского дома. В том приюте вечером дети развлекали себя сами, как могли. Очень часто, когда он не мог заснуть или, когда его запирали в отдельной комнате – тени на стенах рассказывали ему истории, которое складывало для него воображение.
Телевизор, конечно, был, однако включать его могли только с разрешения воспитателя, если кто-то нарушил это железное правило – его наказывали. Ацуши и сам не раз стоял коленями на горохе из-за нарушений того или иного правила. Впрочем, других обитателей приюта наказывали куда как мягче, чем Накаджиму. Почему-то (сейчас уже ясно почему), но тогда он не знал, чем провинился перед учителем. Почему именно его наказания отличались изощренной жестокостью.
Снова вспомнились бессердечные слова, брошенные Ацуши в спину, когда его выбросили бездомным котенком на улицу. Зачем говорить такое? Что он такого ужасного совершил, чтобы ему желали сдохнуть в какой-нибудь канаве…
Юноша многое отдал бы, чтобы понять, почему учитель не сказал ему о том, что он эспер, одаренный, чья способность оборачиваться тигром. Зачем молчать и скрывать это? В чем смысл?
Плавно мысли вернулись к Дазаю. Этот человек без преувеличения изменил жизнь Ацуши: наполнил её красками, подарил семью, работу и крышу над головой, которую впервые в жизни захотелось назвать домом. Накаджима безмерно уважал его, полностью закрыв глаза на прошлое Осаму. Кто не без греха за душой? Уж точно не ему, Ацуши, судить о поступках бывшего мафиози. Наверное, он просто вышел из возраста, когда делишь мир на черное и белое. На добро и зло. Люди и мир намного сложнее, чем может показаться на первые или второй взгляд, иногда и десятка взглядов на ситуацию не хватает, чтобы разобраться в сути проблемы.
Что такое любовь? Ацуши наверное впервые в жизни задумался над этим словом. Любовь – это тепло в сердце… Он запнулся, потому что осознал, он не знает, что такое любовь. Тогда с другой стороны – решило его сознание. Что значит любовь для него? Какие определения он вложит в смысл такого объемного и сложного слова, как любовь?
– Тепло в сердце, – снова повторил он, сказав на этот раз вслух. Казалось, если произнести свои измышления, то они приобретут более логичный строй. – Счастье. Любовь – это же счастье?..
В последнем утверждении он не был уверен – подумав, что отказ в симпатии может принести боль и страдания одному из пары. Подобный вывод говорит о том, что любовь – это не только счастье, но иногда и страдания. Противоречивые чувства, одно исключает другое? Или они переплетаются? Смешиваются и создают новое определение любви?
Что он чувствует к Осаму? Сложно сказать, по-настоящему до сего дня он не задумывался над своими эмоциями в присутствии наставника. Внезапно пришло озарение: возможно все подначки, и вызывающие возмущение действия напарника по расследованию были вызваны желанием обратить на себя внимание объекта симпатии. Ацуши хихикнул вслух, когда вспомнил подчас дурацкое поведение Дазая. А тот случай в кафе с мороженым был явным способом заигрывания, флиртом. Почему он понял это только сейчас?
Может Осаму осознал, насколько непробиваем Ацуши Накаджима; и решил выложить всё, как есть, поняв, что намеки уходят в пустоту. Ацуши не хотел думать о себе, как слепом чурбане. Всё же было очевидно с самого начала. Может быть, именно поэтому Осаму ему и помог?
Юноша перевернулся на бок, пытаясь найти более удобное положение.
Взгляд снова упал на фантом рыцаря, состоящего из наслоения теней в полутемной комнате. Ему подумалось: «Осаму для него как рыцарь. Не поэтому ли разум сформировал именно такой образ?»
Все ответы запрятаны глубоко в сознании…
Является ли Осаму Дазай особенным для него?
На этот вопрос Ацуши знал ответ: более чем, он был вне всяких сомнений особенным. Очень важным человеком.
Можно ли сказать, что мужчина ему дорог? Будет ли Ацуши переживать, если с Дазаем что-то случиться?
В груди резко похолодело, когда он подумал о подобном варианте развития событий. Он даже сел, так тревожно сделалось у него на душе. Он понял, что страшиться потерять Осаму. Более того: лишь представив себе, как попытка самоубийства Дазая завершается успехом – ему захотелось заплакать; горло, будто сдавили в тиски.
Накаджима обхватил себя руками заставляя успокоиться, не хватало только устроить истерику из-за воображения. Он заставил себя сосредоточиться на утверждении Осаму о том, что слова о самоубийстве для него – это способ выпустить пар, поразвлечься за чужой счет. Он хотел верить сказанному: если человек по-настоящему пожелает умереть, он не станет кричать об этом направо и налево, а тихо исполнит задуманное. Дазай же предпочитает открыто провоцировать людей эпатажной манерой поведения.
Только после того, как юноша несколько раз прогнал через голову эти мысли, сердце забилось ровнее, а дыхание успокоилось.
Он снова лег в постель, подтянув одеяло до подбородка, и закрыл глаза. Собственные чувства показали насколько Осаму – важен, кране значим. Но можно ли назвать это влюбленностью?
Именно этот вопрос крутился в голове Ацуши снова и снова, пока тот не забылся глубоким спокойным сном.
========== 9 глава. Ранпо. ==========
Утро в агентстве не отличалось от любого другого, когда юноша приступил к напечатанию отчета о вчерашнем происшествии. Дазай вел себя прилежно при встрече: учтиво поздоровался и спросил о самочувствии, потом принялся за обработку данных, которые поступили от криминалистов.
Как и следовало ожидать – никаких явных улик. Большая часть отпечатков пальцев в квартире принадлежала убитому, несколько – пропавшему племяннику Юкио, а также приходящей уборщице, которая производила уборку раз в неделю.
Интересней всего было читать о вскрытии – Ацуши с трудом понимал медицинский сленг, однако сумел уловить суть написанного. Рокудо Торияма очевидно умер вне своей квартиры, повреждения внутренних органов, а также сломанные кости сообщали о странной смерти. Как будто он упал с большой высоты, не меньше 10 этажа, какой-нибудь многоэтажки.
Подобный вывод стопорил размышления. Оно звучало абсурдно. Как убийца смог провернуть подобную махинацию? Столкнул господина Рокудо, затем перетащил его труп в дом жертвы. И что? Никто ничего не видел? Это невозможно! Кто-нибудь обязательно бы позвонил в полицию или в службу спасения. А также камеры видеонаблюдения… Проклятье, вспомнил: Дазай-сан упоминал, что камер нет. Ладно, может их и нет в высотке, где Торияма прикупил квартиру, однако рядом много других зданий, может через них удастся что-нибудь обнаружить…
Все эти мысли он записал в своей тетрадке, в конце приписав: Всё ещё не знаю мотив преступника. Дважды подчеркнув слово – мотив.
– Ацуши-кун, ты уже закончил? – мягким шепотом спросил Дазай, внимательно прищурив глаза. – Готов выдвигаться для забора показаний?
Накаджима сглотнул и медленно кивнул, краем глаза уловил странный взгляд Ранпо-сана, который уплетал картофельные чипсы – длилось это считанные мгновения, а затем Ранпо открыл другую пачку снеков, полностью сосредоточившись на ней.
– Тогда собирайся, как будешь готов – спускайся, – сказал Осаму, встав и задвинув стул, – я внизу тебя подожду.
Быстро сохранив документ в программе, зная: еще не раз придется его дополнять и перепечатывать, – вечная морока с отчетами. Спешно прибрался на своем столе и покинул офис, на прощание, кивнув главному детективу агентства. Кроме Ранпо в офисе не было ни души.
– Погоди, Ацуши, – остановили его слова Эдогавы, он поманил его к себе.
– Ранпо-сан? – удивленно произнес юноша, сделав несколько шагов к столу детектива.
– Как продвигается ваше расследование? Помощь не нужна? – доброжелательно поинтересовался мужчина, отложив в сторону пакет с вкусняшкой.
– Спасибо за предложение в помощи, но мы справимся сами, – сказал Ацуши, он переминался с ноги на ногу. Ему не хотелось заставлять Осаму долго ждать себя.
– Вот как. Похвально звучит, – одобрил тот. – А ты знаешь, что Дазай поменялся со мной, чтобы оказаться с тобой в одной команде?
– Что?! – вскинул голову Накаджима. – Дазай сделал…
Ранпо улыбнулся.
– - Изначально мне выпала честь составить с тобой команду, а Дазай оказался в паре с Кенджи.
Юноша на миг замер в ступоре, но быстро взял себя в руки.
– Вы знаете?..
– О его чувствах к тебе? Конечно, – подтвердил он. – Дазай особо этого не скрывал. К тому же, до тебя, он мало погружался в работу агентства. Да и скажу тебе по-дружески: он действительно постарался, чтобы тебя приняли в нашу семью. Ни для кого он такого не делал – ни до тебя, ни после. Ты действительно особенный.
Ацуши покраснел, он чувствовал себя неловко и, честно говоря, мало понимал, зачем Ранпо-сан все это ему говорит.
– Вы поэтому поменялись с ним, чтобы помочь ему сблизиться со мной?
– Отчасти, – взгляд его стал мечтательным. – У меня были и свои цели в том.
Закусив губу, Ацуши не смог себя сдержать и выпалил внезапную догадку:
– Вам нравится Кенджи?
Тот встал из-за стола, и, обойдя, подошел к Ацуши, похлопав по плечу сказав:
– Неплохо Ацуши, делаешь успехи в дедукции. Не расскажешь, как ты это понял?
– Я заметил, как вы смотрите на Кенджи – ваш взгляд становится плавающим. Я не раз наблюдал это, – признался юноша, скромно опустив голову. – А сейчас, когда вы упомянули о какой-то своей цели. Внезапно всё стало ясно.
– У тебя, похоже, природное чутье к языку тела, – сделал вывод Ранпо, вернувшись к своему рабочему месту. – Поздравляю, ты прошел первую аттестацию.
– А?
– Я сделал это специально, – усевшись на стул в своей привычной манере, сообщил тот. – Специально для тебя; как ты понимаешь – я не из тех, кто будет настолько явно демонстрировать свои пристрастия.
– То есть, вам не нравится Кенджи? – робко спросил Ацуши. – Я ошибся?
– Очень нравится, – признался детектив, вытянув руку и взяв открытый пакет, снова начал хрустеть чипсами. – Ты не ошибся.
– Но вы сказали…
– Да сказал, чтобы ты начал понимал разницу. Скажи основную причину, по которой ты решил, что мне нравится Кенджи по-настоящему, а не наоборот? Не беря в расчет мою явную демонстрацию этого.
Ацуши не задумываясь, выпалил:
– Из-за самого Кенджи, он улыбался слишком ослепительно, а порой смущался в вашем присутствии. Искренность – она чувствуется именно так. Между вами не могло быть договоренности, Кен – открытый человек, он не из тех, у кого получиться симулировать чувства. Через него, я понял и о вас.
– Великолепно, – щедро похвалил Эдогава, скушав очередную хрустяшку. – Именно это я и хотел услышать.
– С-спасибо, – смутившись, поблагодарил его юноша. – Мне уже пора.
Тот кивнул, а затем добавил, когда Ацуши уже был у двери:
– Ты хорошо разбираешься в чувствах других людей, почему же в своих не можешь?
Ацуши не знал, что ответить. Для Эдогавы Ранпо он, как открытая книга – весь, как на ладони. Противоречия и сомнения. Страх.
Ацуши не знал решения, ключика для выхода из тупика. Одарённый уже понял, что Осаму – важнейший для него человек, однако не знал, влюбленность ли это. Может ли величайший детектив Вооруженного агентства знать больше, чем он? Видит ли Ранпо-сан то, что Ацуши еще не понял сам?
– Я пойду, – отвернувшись, произнес Накаджима.
– Нужна ли тебе помощь? – в спину предложили ему.
– Я хочу разобраться сам, – тихо-тихо признался тот.
– Если передумаешь…
– Да, я знаю. Спасибо, – в конце сказал он, прикрыв за собой двери агентства.
========== 10 глава. Сасаки Такеши. ==========
Они без происшествий добрались до Театра, тем не менее, двери главного входа оказались заперты, поэтому Осаму предложил попробовать через служебный вход попасть внутрь. Ацуши согласился, посему им пришлось полностью обойти здание, прежде чем они увидели нужный им вход, на котором красовалась табличка «Для служебного пользования».
Однако не успели они войти, как дверь распахнулась, и оттуда вывалился парень. Он выглядел взъерошено и хмурился. Ацуши сразу узнал его – это был Сасаки Такеши, в той же одежде, в которой его видели вчера: оранжевая футболка, джинсы, а поверх повязана бледно-розовая рубашка, на ногах кроссовки. За спиной рюкзак.
– Как удачно, – шепнул себя под нос Осаму. – Здравствуй, мы кажется, вчера виделись.
Парень замер, когда увидел парочку детективов, тем не менее, кивнул в приветствии обоим. Потом вышел из здания и запер вход на ключ.
– Мы хотели собрать показания… – начал было Ацуши, однако Осаму вдруг покачал головой и заставил взглядом его помолчать.
– Да? – не расслышав, переспросил Такеши, закидывая ключ в один из многочисленных карманов. – Повторите, пожалуйста.
– Театр закрыли из-за смерти директора? – спросил Дазай, сделав несколько шагов к парню. – Я правильно понял?
Тот враждебно уставился на него и нервно сощурился, однако пересилил себя и промолвил:
– Да, всё так. Временно, пока не решиться проблема с наследованием.
– У господина Рокудо есть наследники?
Такеши пожал плечами:
– Мне-то откуда это знать?
– А как же пропавший племянник? – задал другой вопрос Осаму.
Он ничего не ответил, а также отчего-то отвел взгляд в сторону.
– Вы хотите допросить меня?
– Да, в свете последних событий, – подтвердил наставник. – Сдается мне пропажа юного Рокудо Юкио и убийство господина Ториямы – тесно связано между собой.
– Но я спешу, у меня дела. Я не могу…
– Это не займет много времени, – решил вставить слово Ацуши, он застыл рядом с юношей. – Разве вы не хотите найти Юкио? Мне говорили, что вы с ним хорошо общались. Разве вы с ним не были друзьями?
– Кто… впрочем – не важно… – Он тяжело вздохнул. – Ладно, хорошо. Я согласен.
Такеши подавлено взглянул на Накаджиму, а потом перевел взгляд на Осаму.
– Прямо здесь?
– Знаешь место получше? – доброжелательно спросил детектив, располагающе улыбнувшись.
Тот кивнул и махнул им идти за ним. Они прошли несколько десятков метров, затем свернули к одной из многоэтажек, прошлись вдоль дороги и зашли на пустующую детскую площадку (что было неудивительно, в будний день малыши еще были в своих детских садиках), опустил на ближайшую цветастую лавку.
– Спрашивайте.
Осаму перекинув одну ногу над соседней скамейкой, сел так. Ацуши примостился рядом, скромно сложив руки на колени. Дазай толкнул локтем бок Ацуши, тот подпрыгнул на месте, а потом кивнул, правильно поняв напарника.
– Вы, правда, были друзьями с пропавшим? – спросил Накаджима, вытащив из кармана свою тетрадку: просто, чтобы выглядеть солиднее. Для дела она мало была полезна, Дазай не предупредил его заранее, поэтому придется действовать, как получится.
– Друзьями – это слишком громко сказано, – осторожно ответил Такеши, он взял в руки концы повязанной на бедрах рубашки и начал играть с ними. – Мы неплохо общались, потому что оказались близки по возрасту. Работать в коллективе консервативных стариков – то еще удовольствие. Мы легко нашли общий язык.
– Вы познакомились в Театре? – задал свой вопрос Осаму, его глаза почему-то загадочно сияли.
Сасаки-сан смутился и отвел взгляд:
– Да, именно так.
– Он когда-нибудь упоминал о своих проблемах? Что-то, что может пролить свет на его пропажу? Ничего странного не припоминаете? – Ацуши насторожился из-за реакции парня на вопрос наставника. – О чем вы обычно разговаривали?
– Столько вопрос сразу, – простонал юноша, но ответил: – Обычная болтовня ни о чём, я ничего такого не припоминаю.
– Вы видели его в день исчезновения, 21 июня? Разговаривали?
– Мы немного поболтали утром, когда он приходил, чтобы я снял с него мерки для пошива костюма. Он выглядел собранным и увлеченным постановкой, в которой будет играть главную роль.
– Он был рад главной роли?
– Э-это… сложно, – запнувшись на слове, ответил Такеши.
– Продолжайте, любая мелочь может помочь в расследовании, – подбодрил его Осаму. – Почему «это сложно»?
– Понимаете, – начал юноша. – Другие актёры они, позволяли себе весьма нелестно высказываться о новичке в этом деле. Насмешка над неопытностью. Никто его, конечно, не оскорблял – всё-таки племянник человека, который им платить зарплату. Но всё же, чтобы задеть достаточно парочки ехидных фраз, сказанных в шуточной форме. Он немного переживал, однако заверил меня, что справиться. Достаточно отыграть один спектакль, чтобы заткнуть всем недовольным рты.
– Вы уверены, что никто из них не мог задумать ничего дурного?
– Он был славным парнем, легко располагал к себе. У него может, и была парочка недоброжелателей, но врагов среди них точно не было. Да и зачем им опускать до такого? Всё-таки уважаемые люди, актеры со стажем.
– То есть, у вас нет идей кто или почему похитил Юкио? – спросил Ацуши.
– Ни малейшего, – поспешно ответил Такеши, нервно теребя низ рубашки.
– Что вы думаете о смерти Рокудо Ториямы? – поинтересовался Осаму, сощурившись.
– Это полная задница, – не сдержавшись, дал волю своим чувствам тот.
– Почему? – обескуражено осведомился Накаджима, он не ожидал вспышки.
– Если дело с наследованием не разрешить в короткие сроки, мне придется искать новую работу. И сомневаюсь, что мне снова так повезет, найти дело по душе, за которое еще и достойно платят.
– Что вы думаете об убитом? Каким был человеком господин Рокудо?
Сасаки задумался над вопросом, явно подбирая слова – и это на самом деле настораживало. Но, ни Дазай, ни Ацуши – оба не стали громогласно акцентировать над этим внимание. Возможно, ничего особенно в данном действии не было…
– Он был человеком со своими отрицательными и положительными сторонами, – осторожно выдал Такеши, опустив взгляд на носки кроссовок.
– Что вы имеете в виду? – Ацуши поддался вперед.
– Ну, вы же знаете: о мертвых плохо говорить не хорошо…
– Давайте мы не будет устраивать здесь детский сад, – попросил его Дазай. – Дело серьезное, убийство и похищение. Если вы что-то знаете, прошу, расскажите.
– Ничего особенно я не знаю, – раздраженно отозвался тот. – Я – всего лишь помощник костюмера, мелкая сошка. Да и с господином Рокудо от силы разговаривал раз пять. Всё, что я знаю: могут быть просто сплетнями раздосадованных актёров – не больше. И я сомневаюсь, что это действительно сможет помочь делу.
Ацуши с Дазаем переглянулись, юноша в нерешительности пожал плечами, на что мужчина кивнул.
– Раз вы так считаете, – Осаму принял решение не давить. – Мы вам верим. Если вы что-то вспомните или – не дай Бог – случиться что-то подозрительно, прошу немедленно связаться с нами. – Он протянул Такеши визитку агентства. – Попросите к телефону Осаму Дазая или Ацуши Накаджиму.
– Х-хорошо, – он встал. – Я могу идти?
Дазай кивнул, а Ацуши сказал:
– До свидания.
– Да-да, до свидания. – Такеши боком обошел, сидящих детективов и пошел по той же дороге, которой их привел сюда.
Когда он был достаточно далеко, чтобы не услышать слов мужчины, Осаму произнес:
– Итак?
– Он солгал, – ответил юноша, вернув тетрадку обратно в карман. – Точно могу сказать. Он познакомился с племянником господина Рокудо явно не в Театре. Они познакомились раньше. Не говоря о том, что на прямой вопрос об убитом, он резко поспешил сменить тему. Он явно что-то знает. Дазай-сан, Сасаки Такеши – это он, ключ к расследованию?
– Да, – подтвердил Дазай, поднявшись на ноги. – Сасаки Такеши и Рокудо Юкио встречались в старшей школе.
– Почему вы мне об этом не сказали? – тут же возмутился Ацуши, тоже вскакивая на ноги.
– Я сделал жирный намек, но ты не стал уточнять, когда я тебе прямым текстом сказал о нетрадиционной ориентации пропавшего.
Вздохнув, Накаджима подавился воздухом, когда услышал ответ напарника. Возмутительный ответ, но иного странно ожидать от бывшего мафиози, чьим излюбленным развлечением было раздумывать над различными способами самоубийства.
– Что еще вы мне не рассказали? – кисло поинтересовался тот.
– Позже, – улыбнулся надутой моське Осаму. – Идём, проследим за ним. Он точно выведет нас на Рокудо Юкио.
Ацуши поспешил за удаляющимся мужчиной, раздумывая о противном характере человека, который признался ему в любви. Сердце его трепетало.
========== 11 глава. Рокудо Юкио. ==========
Бывший мафиози, член портовой мафии, коем когда-то являлся Осаму Дазай, обладал обширными познаниями в профессиональной слежке. Ацуши в толк не мог взять, когда мужчина умудрился прикрепить к парню, за которым они сейчас следили жучок. По нему можно было отследить его место нахождения, а также он фиксировал звук. То есть они не только видели на экране консоли, куда перемещается Такеши-кун, но и слышали все его разговоры с другими людьми.
Купив в ларьке две бутылки охлажденной воды, Накаджима вернулся к Дазаю, который вставив наушник себе в ухо, разместился в тени отцветшей яблони. Они находились на северо-западе от центра города, в спальном районе, на первом кольце перекрестка. Вдоль велосипедной дорожки стояла цепочка лавочек, на одной из них они и расположились.
По результатам наблюдения выходило следующее: Такеши-кун покинув их после беседы-допроса, отправился к своему знакомому, судя по их краткому разговору – парень возвратил ключ от запасного выхода кому-то из персонала. Дальше он сел на автобус проехал остановок пять по 37 линии до дома Шибуя Мусаши, лучшего друга убитого владельца театра. Он что-то ему отдал, по-видимому, какие-то документы. Именно Шибуя-сан и отправил его посетить место работы, они немного поговорили о рабочих моментах, а также вскользь обсудили внезапное убийство. Мусаши был явно расстроен трагической смертью лучшего друга, говорил слабым надрывным голосом. Такеши-кун тяжко вздохнул и пожаловался главному режиссеру о необходимости искать новое место работы.
О том, что он встретил детективов и дал свои показания Сасаки Такеши и словом не обмолвился, когда их беседу прервал кто-то из родственников Шибуи-сана – они чинно попрощались, а Мусаши напомнил, что расчет можно будет забрать в бухгалтерии в конце недели. На том и закончилась их встреча.
После, парень долго стоял возле супермаркета в том же районе, по всей вероятности о чем-то размышляя. Звуки, доносившиеся из динамиков, сообщали немногое – голоса прохожих, звуки машин, да шорох листы из-за ветра. Он просто стоял, не двигаясь.
Дазай даже успел выпить принесенную Ацуши воду и захотел чего-нибудь съесть. Однако они опасались упустить юношу, поэтому Накаджима сбегал в тот же ларек и купил уличную еду сомнительного вида. Он даже рискнул воспользоваться своим усиленным обонянием, чтобы почувствовать, что листья салата хоть и пожухли, но еще не испортились и отравление им не грозит, если они сейчас перекусят этой снедью.
Как раз когда Осаму доедал свой паек, Такеши сдвинулся с места и вошел-таки в супермаркет, возле которого простоял недвижимо без малого тридцать четыре минуты. Еще минут пятнадцать шарился по закоулкам магазина, потом еще минут пять стоял на кассе, рассчитываясь за покупки. Затем шурша пакетами, вывалился на улицу и зашагал к автобусной остановке.
Тогда Осаму встал и потянул за собой напарника, они находились в том же районе, что и Сасаки-кун, только в самом начале, на первом кольце перекрёстка, в то время, как парень ближе к концу, на третьем кольце.
– Дазай-сан? – сосредоточенно спросил юноша, шагая за наставником.
– Он сейчас сядет на 53 маршрут.
– Откуда…
– Он живет по этой линии, – ответил мужчина, держа перед собой прямоугольный экран небольшой консоли. – Еще вчера пересмотрел все адреса и сверился с автобусными маршрутами.
Они подошли к пешеходному переходу, горел красный. Небольшая толпа людей, к которой присоединились наши детективы.
– Что будем делать? Тоже сядем в автобус? – Юноша чувствовал ажиотаж, сердце в волнении заколотилось, а грудную клетку сдавило предвкушение.
– Нет, разумеется, – Дазай оторвал взгляд от экрана и бросил его на Ацуши. – Он нас сразу заметит, у нас выделяющаяся внешность.
– Тогда?
– Погоди минутку, – расслаблено попросил мужчина. – Не беспокойся, никуда он от нас не денется.
Загорелся зеленый сигнал – люди пошли по переходу, Осаму и Ацуши следом за ними, переместились на противоположную улицу, пошли вперед. Дазай шел не спеша, прогулочным шагом. Юноше же приходилось подстраивать шаг, заставлять идти себя степенно. Он преодолевал желание куда-то нестись, что-то делать.
Так они и подошли к нужной остановке, консоль показывала: Сасаки-кун уже находился в автобусе и благополучно направлялся в родные пенаты.
– Ацуши, – позвал его напарник.
– Да?
– Давай зайдем за угол, – предложил мужчина.
Юноша удивленно вскинул голову, услышав слова Дазая.
– Сейчас его автобус пройдет, не хотелось, чтобы он нас заметил, – пояснил Осаму, не удержавшись от улыбки. – Сядем на следующий.
Поняв задумку наставника, Накаджима кивнул, и они быстро юркнули в ближайшую щель между двумя домами. И вовремя, транспорт подошел к толпе людей. Дазай не отрывал глаз от консоли. Ацуши нервничал стоя боком к нему. Очень скоро многие вышли, а другие вошли в душный автобус, полный народу. Через минуту тот тронулся, а наши детективы вышли из своего укрытия и встали на пустую остановку.
– Ждем пятнадцать минут, – предупредил его Дазай. – Мелочь есть?
Ацуши снова кинул.
Через указанное время подошел второй автобус нужного им маршрута, сев в него и заплатив за проезд, вышли через 7-8 минут на той же остановке, что и преследуемый ими парень. Дазай повел Ацуши к дому Сасаки Такеши, он выключил и убрал консоль, больше уделяя внимания голосам в наушниках. На его устах блуждала лукавая улыбка. Она раззадоривала интерес юноши, однако он силой воли держал свою заинтересованность при себе.
Они немного поплутали по дворам, скоро вышли к нужному строению. Многоэтажное здание старого типа, в одной из квартир которого поселился важный для расследования человек. Когда они уже были рядом с нужным подъездом, Дазай внезапно остановился, и вынул один из наушников, поманив Ацуши к себе.
– Быстрее Ацу-чан, – поторопил его напарник, когда юноша поспешно взял протянутый предмет и всунул динамик себе в ухо.
– …то? – услышал он голос незнакомца. – О чём вы говорили? Что они спрашивали?
– Успокойся, – сказал голос Такеши-куна. – Давай, я сначала приготовлю ужин, а потом мы поговорим…
– Нет, сейчас, – прозвучало несколько истерично. – Прошу, это важно. Я нахожусь в ужасной ситуации.
– И ты не постеснялся принести свои проблемы ко мне, – немного язвительно отозвался второй. – Хотя о чем я вообще? Когда тебя волновал кто-то, кроме тебя самого?
– Ты не справедлив… – тот другой хлюпнул носом, и остаток слов Ацуши не смог разобрать. – Я всего этого не хотел.
– Господи боже, – устало промолвил Сасаки-кун. – Я понимаю, тебе нелегко. Ты узнал правду о прошлом и так далее. Однако втягивать меня в свои проблемы – это малость чересчур.
– Разве мы не друзья? – жалобно пробормотал второй, его голос звучал отдаленно, как будто он сделал несколько шагов от Такеши. – Разве друзья не должны помогать в трудную минуту?
Парень помолчал мгновение, а затем выдал:
– Но, не рискуя своей свободой или жизнью. И кстати хватит меня провоцировать, несмотря на опасность – я все-таки тебе помогаю, поэтому довольно устраивать мне сцену. Не в состоянии подождать полчаса пока я приготовлю себя поесть? Ю-тян, ты слышал, что я сказал? – Ацуши вздрогнул, когда на него свалилось осознание: с кем все это время разговаривал Сасаки Такеши. – Куда ты?
– Ты прав, – голос Юкио звучал глухо, Накаджиме пришлось усиленно прислушиваться, чтобы разобрать услышанное. – Лучше бы я умер вместе с ними.
– Что ты несешь?
Судя по звукам, парни перемещались из комнаты в комнату.
– Я ухожу и забираю свои проблемы с собой.
– Вперед, – не поддался первый. – Каждый день одно и тоже. Ведешь себя, как ребенок. И почему я все еще не сдал тебя?
Внезапно все шумы прекратились, и наступило молчание. Затем в ухе у Ацуши что-то захлюпало, тот даже нахмурился, силясь понять, что происходит.
– Может поэтому? – томно ответил голос Рокудо младшего. На этом месте Ацуши осознал, что, то действие было не чем иным, как поцелуем. Краска тут же распространилась по щекам – Дазай заметив смущение юноши, нахмурился и вынул динамик из ушка подопечного.
– Достаточно, – сказал он.
– Дазай-сан, – в замешательстве проговорил Накаджима – только сейчас заметив, насколько близко оказался к наставнику. Он ощутил дыхание того возле своей ключицы, сам уловив в воздухе приятный специфический мужской запах, который мог принадлежать только Осаму Дазаю. Бывший мафиози рассматривал его горящими глазами, однако попыток коснуться не делал.
Ацуши сглотнул и сделал шаг назад.
– Ацу-чан? – мягкий голос мало вязался с взором мужчины, он прямо пожирал своим взглядом.
– Что будем делать? – юноша постарался принять более деловой вид, отводя глаза в сторону. – Мы нашли Рокудо Юкио.
– Предлагаю сходить поужинать, – промолвил Осаму, вынув из ушей второй наушник и спрятав его в карман.
– Но…
– Они сейчас несколько заняты, – таинственно оповестил его напарник, продемонстрировав пару жестов руками. Ацуши снова вспыхнул, осознав, чем сейчас занимаются та парочка голубков.
– Вернемся часа через два, – заключил наставник, он повернулся к юноше спиной. – Я надеюсь этого времени должно хватит… Очень надеюсь.
========== 12 глава. Продвижение в расследовании. ==========
Осаму притащил его в местное кафе (находящееся через два дома от нужного им строения) под простым, изящным названием «Орандж». В помещении кроме них оказалось мало народу, из семи столиков были заняты только два: за одним находился студент, читающий какой-то учебник, попеременно – то, хлебая кофе из чашки, то что-то выписывая из книги; за вторым ворковала парочка женатиков, кажется, они праздновали первую годовщину свадьбы – женщина активно ластилась к супругу.
– Дазай-сан, вы тут уже бывали? – спросил Ацуши так как был поражен тем, что напарник знал об этом заведении и так уверенно привел его сюда.
– Нет, – ответил Дазай, направившись к дальнему столику в углу рядом с высоким растением в кадке. – Я приметил его, когда мы проезжали мимо на автобусе.
Когда они разместились, к ним подошла официантка, протягивая брошюры с коротким меню. Она приветливо улыбалась новым клиентам высокая и стройная с короткой стрижкой.
Накаджима быстро просмотрел список блюд, и, заметив среди них отядзуке(рис, политый зелёным чаем) облизнулся, собираясь полакомиться любимым блюдом.
– Отядзуке и холодную воду, – сказал он, возвращая меню девушке.
Пока она записывала себе в блокнот – Осаму тоже определился с выбором, заказав мясной рамён и чёрный кофе. Всё записав, предупредила что нужно немного подождать и ушла.
– Итак, – начал разговор Осаму на этот раз он не стал снимать свой плащ – в помещении было достаточно прохладно из-за кондиционера, работающего на полную мощность. – Что скажешь о нашей находке?
– Вы о Рокудо-младшем? – на всякий случай решил уточнить парень, вытянув ноги под столом.
– О нём самом.
– Вы с самого начала подозревали, что он у Такеши?
– Был почти уверен, – признал тот, положив руки на стол. – Очень удивился бы, если бы это было не так. Опекуны парня прекрасно были осведомлены о его отношениях с одноклассником.
– Получается, они не были против? Они настолько толерантны? – удивленно пробормотал юноша.
– Дедушка Юкио сказал такую вещь, когда я напрямик спросил его об этом: «Если это просто блажь, то побалуется и когда придёт время найдет себе девушку. Но если это в серьез, то значит – он просто такой. И с этим ничего не поделаешь. Мы его слишком любим, чтобы не принять такого, какой он есть».
– Он мудрый человек, – промолвил Ацуши, уныло подумав о своей безродной судьбе и ужасной жизни в приюте. Как бы его жизнь изменилась, если бы его растили настоящие родители в теплом семейном кругу?
Тут к их столику подошла официанта, она принесла напитки – воду для Ацуши и горячее кофе Дазая.
Хлебнув из стакана, Накаджима размышлял о мотивах Рокудо-младшего: в чём причина его побега? Что там случилось?
– Дазай-сан, – начал юноша, – как вы думаете, Юкио может быть замешен в убийство господина Ториямы? Не просто быть причастным к этому, но и…
– Почему ты так думаешь? – вместо ответа осведомился второй, он смаковал свой напиток. Он понимал, почему Ацу-чан не решился закончить свое предположение.
– В начале расследования я нашел его страницу в интернете, в одной из социальных сетей. В день исчезновения он запостил странное, пугающее сообщение.
– А! Ты про фото надгробного венка и слов о ложной вине, – догадался мужчина, он поставил чашку на стол, и, взяв в руку чайную ложку, принялся мешать содержимое. – И?
– Так вы знали? – расстроено сказал тот, надув щеки в возмущении. – Почему вы мне не сказали? Как и о Сасаки Такеши.
– А сам? – Подняв на него взгляд, любуясь надутой мордашкой. – Ацу-чан? Просто закончи свою мысль и тогда я отвечу, хорошо?
Юноша, еще немного подувшись, все-таки кивнул и вернулся к своим мыслям.
– Я подозреваю Юкио в смерти его дяди. Всё это странно выглядит: побег, убийство Рокудо-старшего, странный пост в интернете, который более чем явно намекает о погибших родителях парня. Я еще не вижу четкого мотива, но он определенно есть. Действительно ли отец и мать Рокудо-младшего погибли в случайной аварии?
Дазай одобрительно улыбнулся и добавил к рассуждениям напарника следующее:
– И не забудь о чуднóм обстоятельстве: в то время как его родители разбились на смерть, Юкио в свою очередь не получил никаких тяжелых травм, лишь несколько царапин. Согласись, это звучит странно.
Ацуши погрузился в свои раздумья, но мгновением позже спохватился, когда осознал, что Дазай ловко отвлек его, сменив направление его мыслей, так и не дал объяснения на упреки юноши.
– Вы так и не ответили… – Накаджима прямо посмотрел в глаза наставника. – Почему вы не делитесь важными элементами расследования?
– Я привык работать один, – повинился тот, он не стал отводить взгляда. Казалось, он наслаждался вниманием подопечного. – И если ты не будешь задавать правильные вопросы, я не смогу ответить – так как не всегда помню, поделился ли я тем-то и тем-то или же нет.
– И только-то?
– А чего ты хотел? Может быть, я и создаю впечатление личности с высоким уровнем интеллекта, однако я всё еще остаюсь человеком со своими недостатками, – произнес он, на его губах проскользнула всего – лишь на миг печальная улыбка.
На этом их разговор закончился – девушка принесла заказ, и они принялись поглощать пищу. Ацуши рад бы продолжить разговор, но Осаму отчего-то не стал поддерживать беседу – полностью уйдя в свои безрадостные думы, – мимика его лица говорила за себя. Он нехотя ковырялся палочками в миске, изредка наклоняясь, поглощая длинные полоски лапши. Из-за этого Накаджима чувствовал себя неуютно, а также ощутил толику вины – именно из-за его слов Осаму ушел в себя, по-видимому, вспоминая или думая о невеселых вещах.
***
Оставшееся время до срока, который установил для них бывший мафиози прошел в гнетущем молчании, после того как они расплатились в кафе и вышли, тем же путем вернулись во двор многоэтажного здания, примостившись на одной из лавочек, принялись ждать.
Когда время настало, Дазай встал и поманил за собой Накаджиму, вдвоем пройдя в подъезд, подошли к лифту, поднялись с его помощью на седьмой этаж, и взяли путь к квартире 303.
– Звони, – сказал Осаму, он встал в расслабленную позу, спрятав руки в карманы плаща – весь его вид излучал уверенность, практически безмятежность. Ацуши даже вздохнул с облегчением: Дазай вернулся к своему обычному образу; юноше очень хотелось верить, что это действительно так, а не маска ради дела. Его беспокоили эмоции мужчины, а особенно то, что именно он стал катализатором отстранённости, некого отчуждения. Что за струну в душе Осаму он задел?
– Динь-дон, – прозвучал звон старинного звонка, когда парень выполнил просьбу напарника.
Юноша был взволнован предстоящей встрече с Рокудо Юкио, что значило практически сделать гигантский шаг в понимании сути расследования. Возможно сегодня, или – нет, даже сейчас, – они поймут всю соль проблемы и смогут распутать клубок из секретов.
На обшитой сталью двери глазка не наблюдалось, поэтому детективы не беспокоились, что взглянув в оный – Такеши проигнорирует незваных «гостей».
Послышались шаги, а затем голос спросил через запертую дверь:
– Кто там?
– Откройте, – попросил Дазай с улыбкой на устах, она предала словам доброжелательное звучание. – Мы с вами сегодня виделись, мы из детективного агентства.
– Что вам нужно? – грубо спросил Такеши, который явно не собирался так просто сдаваться. – Разве я уже не дал свои показания? Что ещё вам от меня надо?
– Возникли новые обстоятельства, – ровно продолжил разговор Дазай, он зачем-то подмигнул Ацуши, который стоял рядом и источал тревогу, предательски закусив губу и нервно сжимая и разжимая пальцы.
– Я ничего не знаю, – слова прозвучали более грубо, чем предыдущие. – Уходите.
– Я прошу вас, откройте двери. По-хорошему прошу, – предупреждающе промолвил он. – А иначе…
– Что? Что будет? Вы мне угрожаете?
– Ах, что же делать? – как, будто сам у себя спросил Дазай, картинно вздохнув. – Так не хочется вмешивать в наше расследование полицию, но без них, видимо, ни как…
– Да как вы… – возмущенно воскликнул Сасаки-кун из-за двери.
Ацуши наконец решил вмешаться в беседу и выдал:
– Мы знаем, что Рокудо Юкио сейчас находится в вашей квартире. Вы действительно хотите, чтобы мы вызвали парочку инспекторов? Такеши-кун, они не настолько сердечные, как мы – вам вполне могут впаять реальный срок за сокрытие разыскиваемого, – чуть лукавя, пригрозил Ацуши, секундой позже слегка смутившись, направленного на него одобрительного взгляда Осаму.
За створкой двери смачно матернувшись Такеши невнятно что-то сказал, а потом вставил ключ в замок и отпер дверь, всем своим видом источая недовольство, на лице присутствовала кислая мина.
– Ваша взяла, заходите, – посторонившись, сказал он.
Первым в дом вошел Дазай, за ним следом Ацуши, вежливо промолвив:
– Простите за вторжение.
На что парень лишь тяжко вздохнул и закатил глаза.
– Обувь поставьте сюда, – велел он, вытащив из ящика комода (который четко стоял напротив вешалок) две пары гостевых тапочек. – Держите.
– Спасибо, – поблагодарил его Накаджима, скидывая свои ботинки.
Дазай просто кивнул, следую примеру подопечного.
После этого он вольготно вошел в открытую комнату, не дожидаясь приглашения хозяина дома. Ацуши извиняющее улыбнулся Такеши, последовал за наставником. Сасаки-кун вошел сразу за ними.
Комната была крошечная, но светлая. Стены оклеены цветочными обоями, интерьер соответствовал прошлому веку – мебель старая, хоть и в хорошем состоянии. Пара кресел, кофейный столик и телевизор, на потолке винтажная люстра. Всё это говорило о том, что квартира съемная (мебель явно шла в комплекте с жилплощадью) и хоть Сасаки тут проживал, настоящим хозяином помещения он не был. Какой молодой парень станет обставлять свою берлогу так? Хотя разных чудиков на свете много и всякое может быть… (Ацуши решил не делать поспешных выводов).
– Ну, здравствуй, Рокудо Юкио, – поздоровался Осаму со сгорбившимся юношей, съёжившимся в глубоком кресле в углу комнаты рядом с окном. Он был бледен до синевы и в ужасе взирал на вошедших незнакомцев.
– Кто вы? – вместо приветствия спросил он.
Ацуши пользуясь моментом, решил его осмотреть, припоминая заносчивость юноши на той фотографии, которую им предоставила полиция. Сейчас Юкио представлял собой стройного худощавого парня, пшеничные волосы были стянуты на затылке обычной резинкой для волос. Ноги босые, на бедрах джинсы, на плечах футболка на два размера больше, – возможно одежда его бойфренда. Лицо болезней бледности, под глазами черные круги.
– Ваше дело было переведено из полиции по просьбе вашего покойного дяди господина Рокудо, мы детективы из «Вооруженного детективного агентства». Я Осаму Дазай, – представился он. – А это Ацуши Накаджима. – Кивок в сторону подопечного. – Нас наняли, чтобы разыскать вас. – После чего он поспешно добавил, повернувшись корпусом к Такеши-куну. – Кстати, можем ли мы?..
– Конечно, располагайтесь, – выдавил из себя тот, обойдя Ацуши и Дазая направившись к Юкио, оказавшись рядом взял того за руки и крепко сжал, выражая поддержку.
Дазай кивнул в благодарности и примостился в соседнее кресло, Накаджиме ничего другого не оставалось, как занять краешек дивана.
Главы 1 - 6kanime.diary.ru/p218663772.htm
Главы 7 - 12kanime.diary.ru/p218663786.htm
Главы 13 - 16kanime.diary.ru/p218663805.htm
Глава 17 + эпилогkanime.diary.ru/p218663814.htm
@темы: мистика, фанфик, яой, аниме, слеш, Bungou Stray Dogs, Великий из бродячих псов, Осаму Дазай, Ацуши Накаджима, Осаму/Ацуши, детектив